Когда я писал про творчество Макото Синкая, то где-то попутно прочитал, что полюбившееся мне аниме «5 сантиметров в секунду» имеет много общего с романом «Норвежский лес» Харуки Мураками. Я заинтересовался и решил его почитать.

Аннотация обещала печальную ностальгическую историю, а беглый просмотр отзывов выхватывал восторженные фразы и даже предупреждения о побочных эффектах: дескать, книга настолько тяжёлая, что может заставить уйти в себя или вызвать депрессию.

Завязка действительно получилась многообещающей: взрослый мужчина, готовясь к вылету из гамбургского аэропорта, слышит песню The Beatles — Norwegian Wood и вспоминает о событиях своей юности: студенчество, общежитие, друзья и, конечно же, девушки…

Кажется, ну вот сейчас последует сентиментальный и философский рассказ мудрого японца о трагической love story на фоне гремящих 1960-х: студенческие протесты, рок-н-ролл, хиппи и всё такое…

Но страницы книги бегут одна за другой, и постепенно приходит понимание, что ты читаешь не воспоминания взрослого мужчины, а хентайный фанфик японской школьницы о сексуальной жизни студентов. Первую половину книги я старался не обращать внимания на инфантильность персонажей и их абсолютную неприспособленность к жизни, но дальнейшее чтение всё чаще вызывало то улыбку, то негодование: глупые разговоры, странные поступки, нелепые сексуальные эпизоды.

Вообще-то я человек широких взглядов и готов принять практически любые авторские правила. К тому же я не жил в Японии середины прошлого века — возможно, тогда действительно все были чокнутыми похотливыми инфантилами, но как-то это не укладывается в мои представления о жизни. Писатель будто бы сознательно сгущает краски вокруг надуманных проблем, при этом постоянно педалирует тему самоубийств и секса. Опять же, я спокойно к этому отношусь, но в процессе чтения меня никак не покидало чувство, что весь этот якобы трагизм притянут за уши.

Я понимаю, что «Норвежский лес» — это художественное произведение и на достоверность можно было бы закрыть глаза. Но вот тут-то и вырисовывается главная проблема романа: за страданиями персонажей не стоит никакой значительной идеи. Всё сводится к такому, знаете ли, самоупоительному декадентству, умноженному на юношеский максимализм в духе «меня никто не любит, пойду повешусь».

И даже это можно было бы обставить красиво, но, увы, язык произведения довольно беден. Простые предложения, рассказывающие о бытовых мыслях и делах главного героя-амёбы, перемежаются с длинными диалогами из коротких реплик, в которых девушки практически прямым текстом умоляют их трахнуть, а герой успешно делает вид, что не понимает о чём речь. А потом вдруг пассаж про чьё-нибудь самоубийство — неожиданный и глухой, как удар пыльным мешком. Может быть, это такая изящная пародия?

В поиске ответа на этот вопрос я даже посмотрел одноимённый фильм. Нет, все на серьёзных щах… Но фильм хотя бы выглядит красиво, да и сюжетные акценты расставлены лучше, что, впрочем, вовсе не делает его обязательным к просмотру.

Рекомендовать к прочтению книгу я также не берусь. Уж лучше почитать и послушать то, что читают и слушают сами персонажи.