Побывал в четверг на классном шоу — киноконцерте Rammstein: Paris. Это была международная премьера, в один день появившаяся на экранах более чем тысячи кинотеатров по всему миру. Здорово, что наши прокатчики не остались в стороне и белорусские любители Rammstein имели возможность насладиться этим потрясающим зрелищем.

Киноконцерт — это, в общем-то, не новая форма искусства, но смотреть в кинотеатре нечто отличное от художественного фильма для меня в новинку. Rammstein: Paris — это запись концерта 2012 года в Париже, смонтированная и обработанная под руководством шведского режиссёра Юнаса Окерлунда, на чьём счету огромное количество клипов для Metallica, Madonna, Roxette и других известных исполнителей. В отличие от обычной концертной записи, где, как правило, идёт простое переключение с нескольких камер, Rammstein: Paris — это результат кропотливой работы с видеорядом и звуком. Такое чувство, что каждый кадр был обработан и вклеен в ленту вручную. С одной стороны, часть естественности, за которую мы и любим концерты, теряется. Зато, с другой стороны, в разы возрастает кинематографичность происходящего.

Rammstein — это, конечно, не та группа, которую слушают сидя в мягком кресле, но и посмотреть у них тоже есть на что: прошло столько лет, но по-прежнему мало кто может сравниться с немцами по градусу эпатажа и зрелищности концертов. Выступление 2010 года в «Олимпийском» до сих пор остаётся для меня одним из самых ярких впечатлений подобного рода. В каком-то смысле это было исполнение мечты, ведь Rammstein стала первой группой, на которую я серьёзно подсел, если не считать детские увлечения Scooter.

Настоящая любовь к творчеству группы у меня началась с видеозаписи на сингл «Du Riechst So Gut», но речь не о том клипе с волками, а о более ранней версии. Немецкий вокал звучал свежо и оригинально на фоне повсеместного английского, а вид блестящих полуголых мужиков прежде всего ассоциировался с мужественностью и силой, а не гомосексуализмом. Благо мозги тогда ещё не были испорчены интернетом и прочими подобными вещами.

Потом пошло-поехало альбом за альбомом… Были, конечно, и другие музыкальные увлечения, но Rammstein… Это как любимое кино детства. Ты не можешь воспринимать его объективно, сравнивать с чем-то, потому что за столько лет оно стало частью твоей жизни. Но если кино это обычно общественное достояние, понимаемое и разделяемое практически каждым, то в Rammstein скрывается очень много личных впечатлений, смыслов и воспоминаний.

rammstein_02

Садись ко мне в лодку, Тоска будет нашим рулевым…

Каждый находит в этой группе что-то своё: выход агрессии, провокационный протест, стёб над табуированными темами, крутые пиротехнические шоу… Я же постоянно чувствую невыносимую душевную боль фронтмена Тилля Линдеманна, и он кричит о своей боли, выставляет её напоказ. Раньше я был готов разделять её с ним более охотно. Сейчас стало как-то тяжеловато. Наверное, потому что стал больше понимать и пропускать через себя. Хотя, конечно, 15-летнему мне такой ответ совсем бы не понравился.

Так или иначе, лезть в шкуру Тилля и знакомиться со всеми его демонами желания нет, поэтому сборник его стихов на недавней книжной выставке в Минске я покрутил в руках, но покупать не стал. Но в целом Rammstein остаётся верным своим традициям. Это культ, который родился практически на наших глазах, и когда-нибудь мы будем рассказывать своим детям или внукам о том, каким был индастриал в наше время.